приятности
В городе лето.
Солнце быстро нагревает всё, на что взглянет.
Но уже густеет горизонт, наползают тучи.
Очень удачное течение сезона в этом году. Жара не успевает набрать силу, вовремя сменяясь дождем.
Черешня, арбузы, дыни, вареная кукуруза... Культовая летняя еда.
На клумбах салютуют розовые, белые, нежно-зеленые соцветия. Как их зовут? Глициния...родезия...гортензия!
Дома ждет остановленная на середине серия "Саги о Форсайтах", 2002 года. С достоинством - о человеческих страстях. Интересно, есть ли экранизация "Улисса"? Чтоб уж дуплетом по книжным гигантам для понимания, хочу ли я, смогу ли я, гавно ли я...тьфу, магнолия! Ну, хоть не Родезия.
Два этих романа, судя по интернет-рецензиям,- противоположности. "Сага о Форсайтах" - классическая повествовательная история нескольких поколений одной большой семьи. "Улисс" - о том, что в основном происходит в голове, и героев лишь трое, и день всего один. Вряд ли его возможно экранизировать.
И тут возникает тема интеллектуальной почтивседозволенности для современного человека. Ее можно было бы обдумать, кабы я была философ. Но я не он, останется тема недуманой)
Солнце быстро нагревает всё, на что взглянет.
Но уже густеет горизонт, наползают тучи.
Очень удачное течение сезона в этом году. Жара не успевает набрать силу, вовремя сменяясь дождем.
Черешня, арбузы, дыни, вареная кукуруза... Культовая летняя еда.
На клумбах салютуют розовые, белые, нежно-зеленые соцветия. Как их зовут? Глициния...родезия...гортензия!
Дома ждет остановленная на середине серия "Саги о Форсайтах", 2002 года. С достоинством - о человеческих страстях. Интересно, есть ли экранизация "Улисса"? Чтоб уж дуплетом по книжным гигантам для понимания, хочу ли я, смогу ли я, гавно ли я...тьфу, магнолия! Ну, хоть не Родезия.
Два этих романа, судя по интернет-рецензиям,- противоположности. "Сага о Форсайтах" - классическая повествовательная история нескольких поколений одной большой семьи. "Улисс" - о том, что в основном происходит в голове, и героев лишь трое, и день всего один. Вряд ли его возможно экранизировать.
И тут возникает тема интеллектуальной почтивседозволенности для современного человека. Ее можно было бы обдумать, кабы я была философ. Но я не он, останется тема недуманой)