lucelle | Гнутая линия. Часть четвертая.

*
Радости или облегчения мое своеволие не принесло. Отыграть назад было невозможно, куда двигаться дальше, - неясно. Я вышла на свежий воздух в надежде прояснить ум и привести в равновесие взбаламученную душу. Шла машинально, в своих мыслях, по улицам и переулкам родного города, плывшего трудолюбивым буксиром сквозь плотный туман. Спускаясь по деревянной лестнице в маленький, ранее не хоженный мной, сквер, я поскользнулась на пропитанной влагой ступеньке и упала, неловко подвернув правую ногу. От резкой боли потемнело в глазах... На пару секунд я потеряла сознание. Очнувшись, посидела бессмысленно, приходя в себя, затем попыталась встать и не смогла. Нога не слушалась и сильно болела. Делать нечего, пришлось вызывать "скорую", ехать в больницу, там рентген показал перелом со смещением. Мне светило провести несколько месяцев в гипсе. Не сказать, что я была огорчена. Скорее, оглушена и... обрадована. Нужно было заканчивать с виртуальным расщеплением личности. Я приняла твердое решение вернуть литературный конкурс и себя в реальность. Уехала в загородный дом, оставшийся от родителей. Компьютер с собой не брала, и смартфон с планшетом тоже. Прихватила для связи отцовскую простейшую Нокию-звонилку. Начала писать роман, сто лет назад придуманный, но так и не воплощенный в словах. Писала шариковой ручкой на бумажные листы. Чувствовала себя отлично, свободной и обновленной.
   Как в мультике про котенка по имени Гав, неприятности терпеливо ждали. Вернувшись в город, я первым делом зашла на свой электронный адрес, чтобы проверить переписку, и обнаружила в спаме приглашение, видимо, оно было автоматической рассылкой, потому попало в эту категорию. В нем все любители поэзии и прозы приглашались на литературный турнир. Рыцарями, видимо, предполагались авторы, а дамами - их читатели? Или наоборот? Ведь поклонник - это дело рыцаря в его паре с Прекрасной Дамой. Организатором значилась Стелла Сандро. День проведения - следующий вторник.
   Итого. У меня, и у вас, если возьметесь, - времени неделя, чтобы не допустить нарушение моих авторских прав и обман читателей. Ведь она не сможет, она не знает всей специфики. Это будет трата времени и сил. А на выходе - сплошное разочарование".
   Слушая Кьяру, при всем своем к ней сочувствии, Мира понимала, что перспективы в суде у дела нет. На что жаловаться? Литературный конкурс - не предмет для защиты авторским правом, это общее понятие. К тому же, Стэлла не зря назвала его турниром. Тем самым подстраховалась, чтоб не было словесных совпадений, не давая даже формальной зацепки. Видимо, они с Кьярой - старые заклятые подруги, хорошо изучившие характеры друг друга. По крайней мере Стелла. Для эмоциональной натуры Кьяры ее поступок стал неожиданностью, хотя могла, могла предвидеть.
   Но что уж теперь... Руками после драки размахивать не будем. Деньги Кьяры тоже побережем. Так решила Мира и сказала: "Самый лучший вариант, как я его вижу, - это процедура медиации". Кьяра отреагировала мгновенно. Вздернув бровь, она придвинулась к Мире и минуту сверлила ее взглядом. Пришлось выдержать, Мире не впервой. "Поясните, милочка, что за зверь? Чего мы ею добьемся?". Мира, глядя в Кьярины расширившиеся зрачки, мягко, но уверенно пояснила: "Согласительная процедура. Она позволит вам все сказать Стелле. В смысле, все ей объяснить, аргументировать, убедить ее в бесперспективности затеи". Кьяра парировала, не задумываясь: "А она бесперспективна?". Мира, чуть раздражившись переменчивостью клиентки, напомнила: "Если верить вашим словам, то да". Кьяра откинулась на спинку сиденья и с кивком головы ответила: "Окей. Конечно, верьте, я профессионал и словами умею многое. Почти всё".
   Связавшись со Стеллой по телефону, Мира договорилась на пятницу, в конференц-зале в том же здании, где располагался ее офис, на случай, если Стелла захочет взять с собой адвоката. Но она явилась с группой поддержки из двух литературных критиков. "Тем лучше для нас", - подумала Мира, но, взглянув на Кьяру, додумала, - "Или нет". Ее клиентка была похожа на боевую лошадь, услышавшую звуки горна, трубившего атаку. Накануне Мира два часа потратила на подготовку, рассказала попунктно и даже распечатала инструкцию того, как Кьяре следует себя вести. По замыслу Миры нужно было сыграть благодушие. Спокойно изложить слабые места предполагаемого "турнира". Предложить в дальнейшем сотрудничество. А дальше предоставить Стеллу своей судьбе. Та, конечно, не послушает и сделает всё ровно наоборот. Провалится с треском и позором. Вернув тем самым Кьяру на ее законное место устроительницы и законодательницы литературных состязаний.
   Судя по затуманившемуся взгляду, Кьяра была сейчас бесконечно далека от благоразумных рекомендаций и начисто забыла все пункты инструкции. Вся ее фигура стремилась вперед в готовности к броску.
   То, что произошло дальше, можно было бы пересказать в трех непечатных. Но у Кьяры был богатый словарный запас. Потому непечатных отыскалось намного больше. Случился и экскурс в историю, вплоть до прабабушки, которая у Стеллы была та еще. Побывали и в не столь отдаленном будущем, в котором Стеллу ожидал персональный апокалипсис. В дело пошло ветхозаветное христианство с элементами буддизма. Стелла напоминала тигровую лилию в дождь. Цвела и распускалась на глазах, победно посматривая на своих коллег по цеху.
   Мира примерно представляла, что она прочтет в субботнем выпуске Литературной газеты, а также то, что гонорар получить будет сложно ввиду бесперспективности дальнейшего сотрудничества.