![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Вечер был душным. Идея посетить кинотеатр openair уже не казалась ей хорошей. А ведь еще утром она так радовалась возможности побыть с ним вдвоем. Мотается по командировкам, перепрыгивает через ступеньку карьерную лестницу, уже первый помреж. Его честолюбие всегда ей нравилось, но не побочные эффекты: редкий секс, частые телефонные разговоры.
Она села на постели, бросила взгляд на экран мобильного: пора собираться. Лиловая шелковая простынь соскользнула, открыв полную грудь с розовыми сосками, округлый живот, вытатуированную "Abyssus abyssum invocat" на правом бедре. С удовольствием потянулась, ааах! Все тело в испарине, жара-жара... Окна высотой в пол хоть и распахнуты, но воздух с улицы не освежает. Нет штор, такая традиция, нет кондиционера, муниципалитет не считает возможным дать разрешение. В душ! Он пусть досматривает свой сон. Вышла с чувством обновленности, вся в мелких сверкающих капельках, их было жаль втирать или смахивать. Присела на край кровати, поцеловала его в спящие губы, и ниже, ниже, ниже... Ой, не сейчас! Проснулся, и хорошо. Она перешла в столовую. Тосты, чай, на большее времени уже не оставалось. Плотнее можно будет поесть в ресторанчике после сеанса. Подумалось: он давно не рассказывал ей, что они сейчас снимают. Так глупая рутина незаметно подменяет собой глубину близости. Отмахнулась от грусти, даст бог, наверстаем, второй миллион заработает себя сам.
Оделись, поели, запрыгнули в новенький кабриолет любимого ею алого цвета и поехали по разгоряченным улицам в старый город. Немного попетляв по неутомимо обновляемым новым мэром старым брусчаткам, отыскали по баннеру на фасаде импровизированный кинотеатр. Организаторы заполнили стульями замкнутый дворик, тенистый и славный. Сеанс вот-вот начнется. Он отыскал свободные места и потянул ее за собой, смеющуюся, предвкушающую, спотыкающуюся о чьи-то туфли и сандалии. Они уселись. Тут же пошла рекламная заставка, название фильма в музыкальном сопровождении, замелькали кадры романтической истории любви. Она словила себя на чувстве, зудевшем тихо, но настойчиво и все громче. Дежавю. Abyssus abyssum invocat на левом бедре героини.
Она резко встала и вышла из вдруг ставшего мучительно душным маленького дворика в спасительную темноту.
*
Более целомудренный дубль под названием "След"
*
Вечер был душным. Идея посетить кинотеатр openair уже не казалась ей хорошей. А ведь еще утром она радовалась возможности выйти с ним куда-нибудь вместе. Большую часть их совместной жизни она встречала и провожала. Из Милана на два дня, а потом машиной в Париж, из Лондона на одну ночь, и в полшестого самолетом в Лиссабон. Он двигался вверх по киношной иерархии с уверенностью наследного принца. Его честолюбие всегда ей нравилось, способность везде видеть сюжетные линии поражала, но огорчал их побочный эффект: редкие часы и дни, проведенные вдвоем.
Она села на постели, бросила взгляд на экран мобильного: пора собираться. Лиловая шелковая простынь скользнула на пол, открыв вытатуированную еще в байкерской юности "Abyssus abyssum invocat" на ее правом бедре. С удовольствием потянулась, ааах! Все тело в испарине, жара-жара... В отсутствие штор и кондиционера как дани традиции окна высотой в пол, хоть и были распахнуты настежь, но ситуацию не исправляли. Воздух стоял, густой и теплый, словно молочный кисель из детства. Срочно в душ! Он пусть досматривает свой сон. Вышла с чувством обновленности, вся в мелких сверкающих капельках влаги. Присела на край кровати, поцеловала его в спящие губы и ниже, скользнув губами по линии шеи и плеч, и еще... Нет, не сейчас. Проснулся, и хорошо. Она перешла в столовую. Тосты, чай, на большее времени уже не оставалось. Плотнее можно будет поесть в любимом ресторанчике после сеанса. Подумала: он давно не рассказывал ей, что они сейчас снимают. Вот так глупая рутина незаметно подменяет собой глубину близости. Отмахнулась от грусти, даст бог, наверстаем, второй миллион заработает себя сам.
Они оделись, поели, запрыгнули в новенький кабриолет любимого ею вишневого цвета и поехали по разгоряченным улицам в старый город. Прогремев по неутомимо обновляемым новым мэром старым брусчаткам, отыскали по баннеру на фасаде импровизированный кинотеатр. Организаторы заполнили стульями замкнутый дворик, тенистый и славный. Он отыскал свободные места и потянул ее за собой, смеющуюся, предвкушающую, запинавшуюся об чьи-то ноги в туфлях и сандалиях. Как только они уселись, пошла рекламная заставка, название фильма в музыкальном сопровождении, замелькали кадры романтической истории любви. Она словила себя на чувстве, которое сначала зудело тихо, но настойчиво в голове, затем, нарастая, уже громыхало в сердце. Дежавю. Abyssus abyssum invocat на левом бедре героини.
Она резко встала и вышла из вдруг ставшего мучительно душным маленького дворика в спасительную темноту.
*
Она села на постели, бросила взгляд на экран мобильного: пора собираться. Лиловая шелковая простынь соскользнула, открыв полную грудь с розовыми сосками, округлый живот, вытатуированную "Abyssus abyssum invocat" на правом бедре. С удовольствием потянулась, ааах! Все тело в испарине, жара-жара... Окна высотой в пол хоть и распахнуты, но воздух с улицы не освежает. Нет штор, такая традиция, нет кондиционера, муниципалитет не считает возможным дать разрешение. В душ! Он пусть досматривает свой сон. Вышла с чувством обновленности, вся в мелких сверкающих капельках, их было жаль втирать или смахивать. Присела на край кровати, поцеловала его в спящие губы, и ниже, ниже, ниже... Ой, не сейчас! Проснулся, и хорошо. Она перешла в столовую. Тосты, чай, на большее времени уже не оставалось. Плотнее можно будет поесть в ресторанчике после сеанса. Подумалось: он давно не рассказывал ей, что они сейчас снимают. Так глупая рутина незаметно подменяет собой глубину близости. Отмахнулась от грусти, даст бог, наверстаем, второй миллион заработает себя сам.
Оделись, поели, запрыгнули в новенький кабриолет любимого ею алого цвета и поехали по разгоряченным улицам в старый город. Немного попетляв по неутомимо обновляемым новым мэром старым брусчаткам, отыскали по баннеру на фасаде импровизированный кинотеатр. Организаторы заполнили стульями замкнутый дворик, тенистый и славный. Сеанс вот-вот начнется. Он отыскал свободные места и потянул ее за собой, смеющуюся, предвкушающую, спотыкающуюся о чьи-то туфли и сандалии. Они уселись. Тут же пошла рекламная заставка, название фильма в музыкальном сопровождении, замелькали кадры романтической истории любви. Она словила себя на чувстве, зудевшем тихо, но настойчиво и все громче. Дежавю. Abyssus abyssum invocat на левом бедре героини.
Она резко встала и вышла из вдруг ставшего мучительно душным маленького дворика в спасительную темноту.
*
Более целомудренный дубль под названием "След"
*
Вечер был душным. Идея посетить кинотеатр openair уже не казалась ей хорошей. А ведь еще утром она радовалась возможности выйти с ним куда-нибудь вместе. Большую часть их совместной жизни она встречала и провожала. Из Милана на два дня, а потом машиной в Париж, из Лондона на одну ночь, и в полшестого самолетом в Лиссабон. Он двигался вверх по киношной иерархии с уверенностью наследного принца. Его честолюбие всегда ей нравилось, способность везде видеть сюжетные линии поражала, но огорчал их побочный эффект: редкие часы и дни, проведенные вдвоем.
Она села на постели, бросила взгляд на экран мобильного: пора собираться. Лиловая шелковая простынь скользнула на пол, открыв вытатуированную еще в байкерской юности "Abyssus abyssum invocat" на ее правом бедре. С удовольствием потянулась, ааах! Все тело в испарине, жара-жара... В отсутствие штор и кондиционера как дани традиции окна высотой в пол, хоть и были распахнуты настежь, но ситуацию не исправляли. Воздух стоял, густой и теплый, словно молочный кисель из детства. Срочно в душ! Он пусть досматривает свой сон. Вышла с чувством обновленности, вся в мелких сверкающих капельках влаги. Присела на край кровати, поцеловала его в спящие губы и ниже, скользнув губами по линии шеи и плеч, и еще... Нет, не сейчас. Проснулся, и хорошо. Она перешла в столовую. Тосты, чай, на большее времени уже не оставалось. Плотнее можно будет поесть в любимом ресторанчике после сеанса. Подумала: он давно не рассказывал ей, что они сейчас снимают. Вот так глупая рутина незаметно подменяет собой глубину близости. Отмахнулась от грусти, даст бог, наверстаем, второй миллион заработает себя сам.
Они оделись, поели, запрыгнули в новенький кабриолет любимого ею вишневого цвета и поехали по разгоряченным улицам в старый город. Прогремев по неутомимо обновляемым новым мэром старым брусчаткам, отыскали по баннеру на фасаде импровизированный кинотеатр. Организаторы заполнили стульями замкнутый дворик, тенистый и славный. Он отыскал свободные места и потянул ее за собой, смеющуюся, предвкушающую, запинавшуюся об чьи-то ноги в туфлях и сандалиях. Как только они уселись, пошла рекламная заставка, название фильма в музыкальном сопровождении, замелькали кадры романтической истории любви. Она словила себя на чувстве, которое сначала зудело тихо, но настойчиво в голове, затем, нарастая, уже громыхало в сердце. Дежавю. Abyssus abyssum invocat на левом бедре героини.
Она резко встала и вышла из вдруг ставшего мучительно душным маленького дворика в спасительную темноту.
*