lucelle

~~красно летичко~~ капска зимушка.
Оригинальная фраза приговаривалась, насколько помню, Огневушкой-Поскакушкой, что тоже вполне соответствует моей вечной пирофильной теме.
В то время как в обетованной земле Самого Маленького Царства царит адская сушь, и вспыхивает то одно, то другое koppie, у нас прохладно, сыро и даже местами светло (увы, только под кондовым чудом российской ламповой промышленности ДнаЗ-400).
Милые лягушечки, сменившие множество названий - Melanthium triquetrum, Dipidax triquetra, Anguillaria triquetra (ящерки-веретенницы в названиях тоже засветились; латинскому anguis через юсы соответсвует славянское ѫжъ, уж), Onixotis triquetra, наконец, Onixotis stricta (они назывались так еще в начале двухтысячных, когда я покупал семена у Сондерсов) и современное Wurmbea stricta. В сырое время года их можно видеть поближе к воде - на краю высыхающих верховых болот, по руслам зимнетекущих ручьев, по песчаным ложбинам, где под песком по камню сочится влага: летом это пересыхает в камень, в котором прячутся корявые чёрные клубни, похожие на изуродованный чилим - это семейство Безвременниковые.

Капский крестовник Curio (ex-Senecio) crassulifolius (DC.) P.V.Heath со скал над маленьким сухим ущельем сразу за перевалом Дю Туа (все говорят - Дю Тойта). Да, эти кустарники с суккулентными сигарообразными восковыми листьями, и наша однолетняя трава - плюс-минус один род, который разделили просто потому, что он слишком большой и всех достал:) Как бы ни извращались крестовники, их ромашковое нутро видно по цветкам.

Два спараксиса: пчелиный, заточенный под пчелу антофору Sparaxis villosa

и мушиный, опыляемый безумной хоботной неместринидой прозекой, Sparaxis metelerkampiae:

Ещё одно пчелопылимое ирисовое, Babiana odorata, соответствуя имени, пахнет безумной тонкости гвоздичным ароматом, пыльники синие, потому что пчёлы от синего без ума. Один из тысяч видов, которым не повезло особенно сильно - они росли в носорожьей степи, в тех редких местах на Капе, где почвы плодородны, и поэтому все эти места почти начисто распаханы под пшеницу.

Маленькая кисличка откуда-то из полупустынь Намакваленда попала случайно семечком вместе с какими-то ирисовыми, возможно, тритонией каруйской, проросла и живёт. Определить её пока стопроцентно не удаётся, капские кислицы бесчисленны и притом полиморфны как черти, и в них сам чёрт ногу сломит, а разбирается только прекрасный Кеннет Оберландер, человек, которому я действительно по-белому завидую, ~~его за заслуги взяли живым на небо~~, он европеец, который теперь живёт на Капе и пишет реально очень крутые статьи по своим кислицам.

Ну и гемантус бесформенный - плоский житель пустынь намного дальше на восток, за пределами Капства Царского, за рекой Кей. Для него зима - это зима в нашем смысле, время, когда расти не слишком хорошо (всё равно ни капли дождя не дождешься), зато как раз можно полинять - по-быстрому сменить два старых листа на два новых и процвести.